7.5. Основные трудности управления движениями.






Для того, чтобы понять необходимость всей той сложной , многоуровневой системы управления, которая была представлена выше, необходимо иметь ясное представление о тех трудностях которые приходится преодолевать нервной системе в процессе управления движениями. Эти трудности обусловлены следующими причинами:

·     необычайное богатство подвижности двигательного аппарата человеческого тела, требующее распределения внимания между десятками и сотнями видов подвижности с целью стройного согласования их между собой;

·     необходимость   ограничения огромного избытка степеней свободы, которыми насыщено человеческое тело;

·     упругая податливость мышечных тяг, которые не могут также точно и строго передавать движение, как твердые рычаги машин или жёсткий буксир;

·     множество внешних сил (инерции, трения, реактивные и др.), возникающих в процессе движения, направленность и интенсивность действия которых трудно (а, зачастую, и невозможно) предугадать.

В своей повседневной жизни человек нисколько не задумывается о существовании этих трудностей, легко справляясь с многими сложными двигательными действиями. Вместе с тем, каждой из этих трудностей в отдельности достаточно, чтобы сделать невыполнимой задачу создания искусственного механизма,  хотя бы в отдалённой степени сравнимого по своей управляемости с человеческим организмом. 

Многие сложнейшие физиологические устройства здорового организма человеком просто не замечаются , пока не возникают случаи, когда это устройство вдруг выбывает из строя. Только тогда и обнаруживается, как оно важно в норме и какие огромные нарушения  вызываются его расстройством. Так происходит, например, в случаях нарушения чувствительных проводящих путей спинного мозга, по которым передаются ощущения от суставно-мышечного аппарата (“обратная афферентация”) при заболеваниях  спинной сухоткой   или  табесом.  При этом теряется возможность ощущать положение той или иной части тела (в повседневной жизни что-то подобное встречается, когда “отсидишь” или “отлежишь” руку или ногу) У больных  полностью нарушается координация движений (хотя сами мышцы и произвольное управление ими остаются вполне дееспособными) . Они или вообще не могут ходить,  или с трудом передвигаются с опорой  на два костыля и при обязательном зрительном контроле движений.

Какое огромное распределение внимания потребовалось бы, если бы всеми  элементами сложного движения, например, такого как ходьба, бег, метания, нужно было бы управлять сознательно, с обращением внимания на каждый из них!  Одна только эта трудность может сделать движение неуправляемым.

Однако эта трудность выглядит  совсем незначительной по сравнению с другой, которая связана с необыкновенной подвижностью человеческого тела. Подвижность кинематических цепей тела человека огромна и исчисляется десятками степеней свободы. Так, подвижность запястья относительно лопатки насчитывает 7 степеней свободы, а кончиков пальцев относительно грудной клетки - 16 степеней свободы.  Для сравнения надо отметить, что подавляющее большинство машин, работающих без непрерывного управления человеком, при всей кажущейся их сложности обладает всего одной степенью свободы, то есть тем, что носит название вынужденного движения.

Две степени свободы встречаются  редко. Переход от одной степени свободы к двум означает огромный качественный скачок. Две степени означают, что подвижная точка  получает свободу выбора любой из бесконечного множества  доступных траекторий движения. Одним их редких примеров в технике может служить автоматическое управление морским судном, представляющее собой соединение мощного и точного компаса и передачи к машинам, управляющим рулём.  Благодаря этому устройству корабль, имеющий на поверхности моря две степени свободы (то есть возможность двигаться в любом направлении), автоматически направляется по одному совершенно определённому пути. Этот пример показывает, что выбор пути в таких условиях может происходить только на основе постоянного контроля за ходом движения со стороны бдительного органа чувств, роль которого в данном примере выполняет компас.

Три степени свободы означают для вещественной точки абсолютную свободу передвижения внутри какого-то участка пространства, границ которого она в состоянии достигнуть. Например, тремя степенями свободы обладает  совершенно ничем не связанная, вольно порхающая в воздухе пушинка.

Таким образом, трудность номер один, которая создаётся необходимостью распределять внимание  между множеством подвижных шарниров (суставов), оказывается не столь значимой по сравнению с трудностью номер два - необходимостью преодоления непомерного избытка  степеней свободы, которыми насыщено человеческое тело.

Координация - это и есть преодоление избыточных степеней  свободы органов движения, превращение их в управляемые системы.

Очередная трудность управления связана с особенностями мышечной тяги. Мышцы - это единственное средство, которым располагает наш организм для совершения активных телодвижений и совершения работы.  Они представляют собой своеобразные упругие  жгуты, которыми оснащены подвижные части тела со всех сторон.

Управление движениями посредством упругих тяг представляет собой очень большие трудности потому, что двигательный результат  здесь зависит не только от того как ведут себя сами тяги,  но и от множества других, побочных и неподвластных  причин, среди которых  ведущую роль играет действие уже упоминавшихся  всевозможных внешних сил.

Каким же образом организму удаётся справиться  с таким многообразием , на первый взгляд неразрешимых,  трудностей, да ещё и так, что человек их даже не замечает, а зачастую,  и не догадывается об их существовании ?  Располагая необъятными возможностями подвижности, человеческое тело может быть управляемым только в том случае, если каждая из степеней свободы будет “обуздана”  определённым видом  чувствительности, который будет вести за ней непрерывный контроль и корректировку.

Поэтому спасительным принципом, обеспечивающим управляемость костно-мышечного двигательного аппарата человека, явился принцип контроля над движением при помощи чувствительной (афферентной) сигнализации, непрерывно поступающей от органов чувств, и внесения на её основе  непрерывных поправок  в каждый момент движения. Этот принцип назван Н.А.Бернштейном  принципом “сенсорных коррекций”  (“сенсорный” - с лат. , опирающийся на чувствительность). При этом преобладающей является мышечно-суставная (проприоцептивная) чувствительность. “Проприоцептивный” - сам себя воспринимающий - это чувствительность собственного тела. Все другие виды чувствительности (зрение, слух, осязание и др.)  в различных случаях, в большей или меньшей степени, выступают лишь в роли помошников проприоцептивной чувствительности.

Эта система в каждое мгновение движения даёт мозгу исчерпывающую информацию о положении и параметрах движения каждой части тела.  Правда, в подавляющем большинстве случаев она попадает в нижние (преимущественно уровень “В”) этажи построения движений  и поэтому человеком не осознаётся и он её не замечает. Более того, в случае произвольных попыток  вмешательства в их работу со стороны сознания, управление, как правило,  нарушается.

Найдя такой эффективный принцип преодоления всевозможных трудностей управления, природа в дальнейшем позаботилась о формировании и совершенствовании нервных структур и механизмов, обеспечивающих его реализацию. В результате мы и получили то устройство нервной системы, которое  обеспечивает управление как уже освоенными движениями,  так и процесс формирования новых двигательных действий.