ГЛАВА I ВАС ЖДУТ НЕПРИЯТНЫЕ ОТКРЫТИЯ






Bce это происходит в один прекрасный день. Скажем, ломается лифт в учреждении, и перед вами вырисовы­вается пренеприятная перспектива подниматься на шес­той этаж пешком. Или назревает необходимость вырыть яму, чтобы посадить дерево. Или какому-то организато­ру приходит в голову неожиданная, но плодотворная идея провести соревнования в беге на 1500 метров под девизом «На старт выходят семьи», и вам волей-неволей — честь семьи! — приходится участвовать в этом ме­роприятии. Как бы то ни бы/. А, вас ожидает несколько неприятных минут, связанных с крушением иллюзий относительно собственной физической подготовленности.

Нет, нет, конечно же, вы подниметесь на шестой этаж, но при этом обнаружите, что с вашим пульсом происхо­дит нечто странное. Несомненно, вы выроете и яму, но в процессе работы вам придется двадцать раз останав­ливаться, разминать затекшую поясницу и в глубокой задумчивости поплевывать на ладони, лишь бы вы­играть время для отдыха. Наконец, эти самые 1500 мет­ров. Да, пожалуй, вы их одолеете. На худой конец дой­дете шагом. Однако, скорее всего, уже после первых сотен метров вас осенит догадка в том плане, что в средней школе учителя не совсем верно информировали вас относительно содержания кислорода в земной атмос­фере, его значительно меньше, чем они говорили. По крайней мере на вашу долю его явно не хватает.

Возможно, я несколько сгустил краски, но, право же, не настолько, чтобы дать повод большинству обвинить меня в предвзятости. Попробуйте-ка однажды отжать­ся в упоре лежа от пола, подтянуться на перекладине, удержать между двух стульев «угол», пробежать кило­метр-другой, объективно и самокритично оцените затем свои достижения и ответьте сами себе, насколько пострадала ваша физическая подготовленность по срав­нению с тем временем, когда вам было 17—20 или да­же 30 лет. Единственным утешением здесь может слу­жить лишь то обстоятельство, что в подобном положе­нии находитесь не только вы, но большинство мужчин и женщин, миновавших 40-летний порог.

Да, физическое состояние наиболее зрелой части на­селения — в возрасте от 30 до 60 лет — вызывает серьез­ную озабоченность специалистов. Исторически — тыся­челетиями! — организм человека формировался под вли­янием естественных физических упражнений, физичес­кого труда. Стремительный прогресс цивилизации — а она — завоевание одного-двух поколений — привел к то­му, что условия жизни изменились коренным образом. Системы и органы человека не успели приспособиться к этим переменам.

Академик Аксель Берг подсчитав, например, что еще 100 лет назад 96 процентов всей работы человека сос­тавлял физический труд. Сегодня этот показатель для большей части населения, особенно развитых стран, ка­тастрофически уменьшился. Вспомните-ка, когда вы в последний раз прошагали километров эдак пять или шесть? А когда вскапывали грядки, пилили и кололи дрова, гребли в лодке, плыли?.. Короче, когда вы в пос­ледний раз выполняли длительную физическую работу или просто тренировались? Боюсь, вам придется долго и, скорее всего, безуспешно напрягать память. И дей­ствительно, зачем ходить пешком, если к вашим услугам личный и городской транспорт. На заводе, на фабрике, в учреждении ваши обязанности сведены к тому, что вы сидите, стоите, говорите, думаете, читаете, пишете, анализируете, нажимаете на клавиши или кнопки, в луч­шем случае выполняете какую-нибудь одну строго опре­деленную операцию. При этом вы по привычке употреб­ляете гор'аздо больше пищи, чем это необходимо, при­бавляете в весе и вообще делаете все необходимое, что­бы побыстрее оказаться в числе постоянных пациентов поликлиник.

Не секрет, гиподинамия — недостаток физической ак­тивности— в первую очередь пагубно сказывается на деятельности сердечно-сосудистой системы. Но было бы наивно полагать, что в результате малоподвижного об­раза жизни страдает только она. Избыточный вес, за­стойные явления в кишечнике, в таких органах, как пе­чень и желчный пузырь, преждевременное старение, на­конец, сопутствующие, так называемые возрастные бо­лезни— все это в определенной мере следствие гиподи­намии. И есть только один эффективный способ борьбы с ней — движение.

Однако возникает вопрос: какое же средство выб­рать? Если вы молоды и практически здоровы, то, веро­ятно, нет особой разницы, на чем остановите вы свое внимание: на атлетической гимнастике, спортивных играх, велосипеде, туризме, плавании... В данном случае все виды физической активности будут одинаково хороши.

Впрочем, скажите на милость, кто это в молодости задумывается о здоровье? Лишь очень немногие прозор­ливые или с детства страдающие теми или иными неду­гами люди. Большинство же приходит к мысли о необхдимости заняться какими-нибудь физическими упражне­ниями лишь после того, как прозвенит некий неприятный звоночек, лет эдак в 35—40, возможно, после тех самых перипетий с лифтом, ямой и бегом на 1500 метров, о ко-торых я говорил. Большинство приступают к занятиям, изрядно уже походив по врачам по поводу тех или иных болезней, вдоволь наглотавшись таблеток и микстур. Излишний вес, одышка, одолевающая в разгар рабочего дня усталость, вечная сонливость и в то же время бес­сонница, апатия, резкое снижение творческой активнос­ти— вот причины, которые чаще всего приводят к мысли о необходимости физических тренировок. Медленный бег в таком случае — самое простое, самое доступное и лег­че всего дозируемое упражнение.

В 1977 году мне. довелось беседовать с академиком Александром Александровичем Микулиным, Героем Со­циалистического Труда, лауреатом четырех Государст­венных премий СССР, крупнейшим советским конст­руктором авиадвигателей. Только что вышла в свет его нашумевшая книга о здоровье «Активное долго­летие».

—       Какую роль в вашей системе физической подго­товки вы отводите бегу? — спросил я,

—     Едва ли не основную,— ответил Микулин, кото­рому в ту пору было уже 82 года.— Я солидарен со все­ми идеями, касающимися бега трусцой. И дело не толь­ко в том, что медленный бег прекрасно тренирует мыш­цы и сердце. Я смотрю на бег еще и как на наиболее совершенную и естественную виброгимнастику. Сердце, желудок, кишечник, печень, почки —все органы чело­веческого тела формировались в условйях ежедневных сотрясений во время бега', ходьбы, прыжков. При том сидячем образе жизни, который мы сейчас ведем, бег не­обходим буквально каждому, кому он дозволен.

Можно было бы привести еще подобные высказыва­ния. Впереди вас ждет их немало. Но о пользе бега гово­рят не только авторитеты. Тысячи писем, повествующие о достигнутых успехах, тысячи откровенных исповедей, * написанных людьми, оказавшимися в силу тех или иных причин буквально на краю пропасти, убеждают в том, что оздоровительный бег не имеет по своей эффективно­сти^!'доступности равных среди других физических уп-, ражнеиий.

Вот одна из таких историй... Несколько лет назад й уютном подмосковном городке Калининграде, где из го­да в год проводится массовый пробег, посвященный*па­мяти академика С. П. Королева, я познакомился с пи­сателем Владимиром Черкасовым. Он готовился к стар­ту на дистанцию 10 километров. Разговорились.- После финиша встретились снова. Кстати, «десятку» Черкасов одолел без; видимого напряжения. Его рассказ о приоб­щении к оздоровительному бегу я записал. Вот он::

«К сорока годам я стал буквально расклеиваться. Утомлялся, мучили головные боли, бессонница... Сказа­лись и участие в войне; и характер писательской рабо­ты— сидячий. По утрам я едва добирался до стола. Нужные мысли не шли, авторучка казалась свинцовой, каждая строчка давалась ценой невероятных усилий. Са­мое ужасное состояло в том, что день ото дня работалось все труднее и труднее; Без конца звонили из издатель­ства— поджимали сроки со сдачей романа, а я все ни­как не мог сдвинуться с мертвой точки; Что было де­лать? Попробовал ограничивать себя во всем: перестал ходить в*гости к друзьям, в кино, в театры, запретил се­бе прогулки. Ничего не получалось—писалось все мед­леннее, н<качество работы не удовлетворяло.

Я стал искать иные пути, и в этих поисках познако­мился, к счастью, с Михаилом Михайловичем Котляро- вым — известным поклонником и пропагандистом трус­цы. Долго убеждал он меня' изменить образ жизни — приступить кпроцедурам'закаливания, заняться бегом .и

 

Я никак не решался. Думал — все это не для меня. Да п времени было жалко.

Однажды Котляров приехал ко мне домой и букваль­но за шиворот, так это, знаете, силой, в шортах и в май­ке выставил меня на мороз. Бегали мы вместе очень медленно минут двадцать. Вопреки моим ожиданиям, вернувшись домой, я не умер, а, наоборот, весь день чувствовал себя как-то приподнято... Вскоре я уже само­стоятельно обливался водой, ходил босиком по снегу и, конечно же, бегал. Психологический барьер остался по­зади.

Впрочем, первые недели я^переживал: мысль о поте­рянном для,работы драгоценном времени не давала.по­коя. Но вскоре эти «угрызения совести» прошли — я по­нял, что не трачу .время напрасно, а, напротив, колос­сально экономлю его. Приобщившись к медленному про­должительному бегу, я словно родился заново. Повери­те ли, во время неторопливой трусцы ко мне приходили мысли и чувства, которые я никогда бы не «высидел» за столом.                                                      

Что еще? За время занятий я похудел на 18 килог­раммов. Страшно подумать —многие годы я бессмыс­ленно таскал на себе этот обременительный во вссх от­ношениях груз. Продолжаю закаливаться, зимой купа­юсь в проруби, раз в неделю голодаю, в любую погоду ежедневно пробегаю не менее 10 километров, в воскре­сные дни — до 25... Вы спрашиваете о романе? Он давно закончен и сдан в издательство. Сейчас работаю над но­вым материалом, и, к радости моей, работается легко».

Очень может быть, что я'еще ни в чем не убедил вас. В конце концов речь идет о писателе, человеке, который действительно по многу часов ежедневно проводит за письменным столом. Бессонные ночи, постоянное напря­жение мысли — мудрено ли тут довести себя до депрес­сии. Да и потом все эти крайние меры: голодание раз в неделю, купание в проруби —все это приемлемо от­нюдь не для каждого... Хорошо, я расскажу вам другую историю.

На втором московском международном марафоне Мира я познакомился с бригадиром бригады докеров Петропавловск-камчатского морского порта 47-летним Валентином Щелчковым. На финише марафоц^ я уви­дел человека, который скромно стоял в сторонке, хотя по всему было видно, что он только что закончил дис­танцию. Подошел. Спросил: откуда? География порази­ла в первую очередь — Камчатка! А потом я узнал и ис­торию приобщения Щелчкова к оздоровительному бе­гу— тоже весьма не ординарную.

В молодости Щелчков активно занимался спортом. Именно бегом и именно марафонским. Затем стал каби­нетным спортивным работником, и спорт забросил со­вершенно. Организация и проведение соревнований — читай, мероприятий— доклады, отчеты, э конференции, командировки... Чаще всего, кстати, так и случается — бывшие спортсмены, иногда даже знаменитые, попав на спортивную работу, прекращают всякие занятия физ­культурой. Вот так 15 лет не занимался и Щелчков. Вы­шел из формы, располнел — ботинки зашнуровывал с трудом... В 1974 году попал в больницу с диагнозом — инфаркт миокарда. Два месяца отлежал пластом в по­стоянных тяжелых раздумьях о будущем — грозила ин­валидность. Во время таких раздумий и пришла однаж­ды решимость во что бы то ни стало вернуться к нор­мальной жизни. Вернуться... Но как?! Валентин Петро­вич знал только одно средство — оздоровительный бег.

Начинать пришлось практически с нуля — с осторож­ной ходьбы. Постепенно побежал. Очень медленно и опять-таки осторожно. Затем сменил профессию. Пошел в докеры — чтобы работать на свежем воздухе и физи­чески... Сейчат Щелчков — бригадир, кавалер двух орде­нов Трудовой Славы — I и II степеней, депутат горсове­та, председатель постоянной комиссии по делам моло­дежи. Его бригада — в ней 36 человек — победитель областных соревнований «Всей бригадой на стадион». Когда в порту узнали о том, что Щелчков собирается в Москву на марафон Мира, начальник порта Юрий Пет­рович Тарапуров подписал приказ, суть которого при­мерно сводилась к следующему: «За безупречный мно­голетний труд и за сознательное отношение к собствен­ному здоровью и здоровью членов бригады командиро­вать Щелчкова В. П. за счет предприятия в Москву для участия в международном марафоне Мира».. Приказ этот был вывешен во всех службах порта, на самых вид­ных местах. Лишь в самый последний момент Тарапу­ров, прощаясь с Щелчковым, немного усомнился и спросил:                                                                       *j

—     А не подведешь?

—     Слово докера,— ответил Щелчков.

 

И слово свое бригадир сдержал. Двадцать лет спус­тя, после инфаркта, он вновь пробежал марафон за 2 ча­са 54 минуты. И это была, возможно, его самая боль­шая и самая главная спортивная победа.

Итак, в начале главы я показал, какими последст­виями грозит гиподинамия. Но вместе мы обнаружили и средство, с помощью которого можно избежать этих последствий. Средство это — медленный длительный бег. В таком случае не ждите, когда тот самый неприятный звонок, о котором уже говорилось, прозвенит. Выходи­те на беговые трассы, и вы откроете для себя совер­шенно новый и неизведанный мир чувств и ощущений.

Я хотел бы закончить эту главу преисполненной оп­тимизма цитатой из книги Гарта Гилмора «Бег ради жизни»: «Почти исключительно от вас самих зависит, будете ли вы наслаждаться здоровой энергичной жиз­нью до старости или впадете в неряшливое вялое суще­ствование и преждевременно разрушите свое здоровье... Я думаю, что многие мужчины и женщины проходят по жизни, так и не узнав, ни что значит быть в состоянии физической готовности, ни ощущения по-настоящему здорового человека, ни радостного сознания того, что любая работа тебе по плечу и ничто не вызывает утом­ления».